?

Log in

No account? Create an account

helimen


Вертолетные заметки Евгения Матвеева


Previous Entry Share Flag Next Entry
ОНИ ВЕРНУЛИСЬ
я
helimen
afro31

Была у нас пара на Ми-8. Простые, обыкновенные парни, настоящие Герои, про которых добрая молва летит впереди вертолета. Им всегда доставались самые сложные площадки. В этот раз «наверху» что-то перепутали. То ли координаты, то ли время нанесения удара. Они попали прямо в ад, в самое пекло страшного, «штыкового» боя.

Когда «глаза в глаза».

Когда стреляют, не целясь и не промахиваясь.

Когда сплошной стальной ливень осколков и пуль, не спрячешься и не отвернешь. 

Когда белые столбы «Стингеров» перед кабиной, как березы, что под окном дома у матери. 

Когда правый повис на лямках. У бортового встал пулемет. Кровь заливала глаза. Все?

- Черта лысого!   

Израненная, дымящая «восьмерка» тянула домой.

На автомате запросил ведомого.

- 322?

- 322 на месте, справа.    

- «Кремень» ведомый, промелькнуло в голове. Такой никогда не бросит.   

- Василич, обороты, это уже бортовой. Давление в левом – ноль.

- Потерпи родная. Потерпи.

Леденящую тишину эфира нарушил бесконечно усталый голос командира.

- Начштаба, экипаж 321-го – к Орденам «Красной Звезды»!

Нам не нужен Орден. Нам бы на свою полосу-полоску.

Шутишь, значит, будешь жить!

Наконец-то до боли знакомая ленточка. 

- 321-му посадку, на одном.

- Разр---ю, родной, не сдержался РП.

Касание. Как учили в школе.

Они дошли! Ура!

Направо рулежка. Почти вслепую. В конце ямка, никак нельзя завалиться на глазах у всего полка.

А вот и она, «кособокая» и от того еще больше любимая стояночка. 

Со всех сторон уже бежали к вертолету.   

Винты давно остановились. А руки все никак не отпускали ручки   управления. 

Они обнимались как дети, словно в последний раз, кулаками размазывая слезы, которых не было.

Сильные мужские ладони нежно гладили неостывшую обшивку вертолета, на ощупь, натыкаясь на рваные пробоины. Только острые края почему-то кололи в самое  сердце. 

Всю ночь в модуле «третьей вертолетной» чокались не хмелея.

Они вернулись, потому что должны были вернуться. У Васильевича – две дочери. Обеих нужно поднять и замуж отдать. Правак – один у старенькой мамы, кто ей поможет. У бортача – одних карточных долгов на полгода вперед. Да и у ведомого – три пацана. Все твердят, что станут только вертолетчиками, кто их научит по-человечески летать… 

Раны заживут. Пробоины залатают. И только эта щемящая боль в сердце останется навсегда.  

Чуть не забыл, пацаны-то выросли и стали настоящими вертолетчиками.  Проверено, отец лично вывозил.