September 7th, 2010

КИЛЬКА

Позвонил товарищ из Риги.
Приезжаю, что привезти??? 
Кильку!!! Кильку привези, кричу в трубку...
На следующий день за круглым столом собралась вся семья, ели настоящую рижскую КИЛЬКУ!
Как только она не называлась: "Поцелуй женщины", "Поцелуй мужчины", очищенная, неочищенная... В руку берешь и чувствуешь, что родная. Черный хлеб, маслице, лучок... и этот нежнейший, незабываемый вкус рижской КИЛЬКИ! А потом всю ночь пили воду...
На следующий день, прощаясь на Рижском вокзале, товарищ тихо спросил, что привезти в следующий раз?
Только КИЛЬКУ! Неожиданно громко вырвалось на платформе. Все провожающие вдруг замерли, посмотрели на нас и разом рассмеялись.
Поезд громко свистнул в зимнее небо и потащил вагоны в Ригу, а проплывающие мимо латыши и русские скандировали: Киль-ка, Киль-ка! Казалось, что и колеса вагонов им помогали: Киль-ка, Килька...

Расскажи, как лопасть пилил...

 Летний день плавно переходил в ночь, а одна "двоечка" (вертолет Ми-2) все никак не возвращалась. С утра улетела на площадку, часа полтора лету, а ее все нет и нет. В предвкушении долгожданного отдыха уставшие за день технари нехотя (товарищ не вернулся) потянулись на ужин. А мы остались ждать. Наконец-то, опоздавшая – прострекотала и скромно присела на свою площадку. Вертолет быстро заправили и зачехлили, а экипаж все не идет и не идет к домику. С деловым видом крутится вокруг машины, что-то трет и чистит. К чему бы это?
Командир молча ретировался, а бортовой подошел, стоит с ноги на ногу переминается и тоже молчит. Ладно, Василь Иванович колись. Он как-то неловко отвернулся, трясущимися руками чиркнул спичку, прикурил, затянулся поглубже для храбрости и стал тихо рассказывать. Оказывается, на площадке командир зацепил рулевым винтом толи за куст, толи за небольшое дерево. И отрубил часть лопасти. Что делать? Покумекали, бортовой взял ножовку, отмерил оставшуюся часть и обкорнал вторую лопасть. Не оставаться же на ночь. "Двойка" своим ходом пришла домой. Почесали мы репу. Не убивать же их теперь. Винт списали, но еще долго потом в курилке народ смеялся над Иванычем и подкалывал: Расскажи, да расскажи, как лопасть пилил...